Наши друзья

Тренировки Кёкусинкай в Мурманске. Клуб «Тэнгу»

Тренировки по Карате Кёкусинкай в Мурманске | Клуб «Тэнгу» +7 (930) 150-10-11


Международная бойцовская организация Кёкусинкай (WFKO)

Вход в систему

ДОКУМЕНТЫ

Подписка

RSS-материал

Яндекс.Метрика

Акция

ЧЁРНЫЕ ПОЯСА - СЭНСЭЙ АНАТОЛИЙ КРИВОДЕДОВ

"Золотые пояса" - рубрика, в которой мы рассказываем о руководителях клубов, сэнсэях, сэмпаях, обладателях Данов. Тех, кто, передавая свои знания и опыт, вдохновляют. Тех, кто, преодолевая, в первую очередь, себя, учат побеждать. Тех, с кем общаешься и понимаешь - за этими людьми стоит идти. 
 
Сегодня мы беседуем с легендарной личностью в мире боевых искусств Заполярья и России. Он -  руководитель Федерации Кёкусинкай Мурманской области и Российской Академии Ицюань, официальный представитель Пекинской Академии Ицюань в СНГ,  глава Центра боевых искусств «Поларбудо», автор учебных видеопособий и публикаций по боевым и оздоровительным системам. Он - обладатель 1 Дана по Кобудо, 3 Дана по Кобу-дзютцу, 3 Дана по Йай-дзютцу, 3 Дана по Дзисай-рю, 9 уровня по Ицюань, 4 Дана по карате Кёкусинкай.
Наш герой – Сэнсэй Анатолий Викторович Криводедов.
 
- Когда Федерация Кёкусинкай Мурманской области только зарождалась, Вы были одним из тех людей, которые стояли у ее истоков. Что было самым сложным?
- В 1987 году я попал по распределению служить на Северный Флот в Заозёрск. Через несколько дней я познакомился с офицерами, которым были интересны боевые искусства. Тренировались мы по вечерам в школьном спортзале. Было много энтузиазма, желания было хоть отбавляй. Сложными моментами были информация, техника, тогда не было ютьюба, методичек Александра Ивановича Танюшкина по спарринговой технике мало было, поэтому пользовались тем, что было наработано раньше. Кто-то боксом занимался, я карате занимался, но основа – советское карате, не чистый кёкушин. И, когда к нам начали приезжать первые черные пояса – Юрий Павлович Хренов (это был 1991 год), мы как раз почувствовали что-то из спортивного.
 
1991 год - первое Первенство России. Стартовало оно в Петрозаводске. Там напрямую с лучшими представителями встретились; то есть трудность была в том, что было мало знаний по спарринговой технике, и мы ее получали прямо на соревнованиях, по своим телам. Потом уже я начал выезжать на сборы, Зимнюю Школу. Все остальные вещи… я думаю, что человек либо придумывает отговорки, причины того, что ничего не хватает, либо ищет возможности. Мы искали, ездили. Сейчас в этом плане значительно проще. Мастера все время приезжают – учись, не хочу, делаем фильмы – пользуйтесь, пожалуйста. Подытоживая, скажу так, несмотря на отсутствие информации, у нас была такая мотивация, такой азарт, такая мощная энергетика. Это, конечно, парадокс - когда ничего нет, но хочется работать. Остальное все приложится.
 
- Сейчас все привыкли, что Анатолий Викторович Криводедов – 4 Дан по карате Кёкусинкай. А все-таки все эти ступеньки от 10 кю до 1 Дана до 4 Дана. Какой экзамен для Вас оказался самым трудным? Ведь Вы практически все экзамены  держали перед ведущими инструкторами Кёкусинкай Советского Союза.
- Навскидку, две ступени бы выделил – это 6 кю, когда я уже поехал сдавать в Москву, к Юрию Павловичу Хренову, и я сдавал в чужих стенах, один туда приехал. Была нестандартная спарринговая сдача – 10 свежих соперников, они были все выше меня по уровню, зеленые, коричневые пояса. Ребята такие отборные, которые в соревнованиях участвуют. Было непросто, но было много желания, азарта. И все-таки ребята не на убой работали, а давали шансы, чтобы я себя проявил. Когда я сдал, я был как леопард, то есть такой в пятнышках, но очень горд, потому что такие вещи, которые с трудом преодолеваешь, они остаются с тобой надолго. Следующая ступень – это все черные пояса - они нелегко даются. Помню, как на 1 Дан сдавал…
 
- Кому Вы сдавали?
 - Александру Ивановичу Танюшкину в Медвежьегорске. Перед сдачей были, как обычно, двухдневные сборы. Там нас погоняли, и было уже состоянию близкое к автопилоту, но уверенно экзамен сдал. Из восьми человек четверо сдало. 
 
На 2 Дан очень непростая сдача была в Екатеринбурге. Тоже комиссия, Александр Иванович – Председатель комиссии. Нас гоняли: по сугробам бегали, основательно измочалили, но более-менее я спокойно, уверенно сдал, то есть терпимо. Вот на 3 Дан очень тяжелая сдача была в Питере на школе Северо-Запада. Я выложился полностью, и  все травмы повылезали, буквально тяжело было идти, - неделю где-то потом восстанавливался. Физически было сложно. Что касается 4 Дана, то у нас записано, что на 4 Дан не сдается экзамен, на самом деле это не совсем так. Это было самое жаркое лето, 2010 год, когда в Москве горели болота. В эту жару мы занимались. И Арнейл как делает? Документы сначала сдаются на Дан, он видит, кто сдает. И, я так подозреваю, что он по фотографиям вызывает, потому что меня он раза два вызывал, спрашивал различные техники и смотрел по ходу экзамена, что я делаю. Итоги утверждает Президиум уже в конце, Арнейл все равно смотрит, как ты делаешь, что ты делаешь, как ты понимаешь, сколько ты можешь применить в уличном боевом аспекте, поэтому нельзя сказать, что 4 Дан легко мне дался. Ну и, подводя итоги, все же на 6 кю самый сложный экзамен был. А какой не сложный? Все экзамены давались с большим трудом.
 
- Сейчас давайте перенесемся с холодного севера на жаркий юг. Каким был Толик Криводедов в 16 лет, когда познакомился с боевыми искусствами и начал ими заниматься?
- Да, это был Севастополь. Информации тогда было немного, но пошли публикации о технике карате. И приходилось буквально по крупицам ее собирать. Вот, бывало, увидел фотографию и стал в стойку. Увидел другую фотографию и думаешь, как из этой стойки перейти в эту, и еще что-нибудь такое сделать неприятное воображаемому сопернику. Потом появились базовые техники, ката, как сейчас помню, на уровне тайкёку ката соно-итч. Выходило, что, проделав это ката, 20 человек ты сразу отбил, ну, не 20, чуть поменьше, - там 20 счетов. А так трупов 10, получается.
 
На соревнованиях тогда дозированный контакт был. В Севастополе первые соревнования были, я не участвовал, смотрел. На самом деле по нагрузкам, когда я был в 9 классе, это 1978-79 год был, по нагрузкам это был кёкушин, но по технике не все было в этом стиле. Мой тренер доверял мне проводить тренировки как сэмпаю. Я начинал с пробежки по городу, чуть ли не босиком по проезжей части. И когда я встречал одного человека в возрасте, он говорил, ты, конечно, молодец, но зачем так людей гонять?
 
            Было много интересного…. кирпичи первые разбитые, когда нам не объяснили, что делать, просто попросили принести кирпичи и на показательных тут же разбить. Все разбили, но было необычно. Конечно, не было той информации, которая есть сейчас, не было тех знаний, но это было везде. Когда читаешь «Красный Кёкусин», о многом вспоминаешь…
 
- А какая у Вас любимая книга из трилогии «Красный Кёкусин»?
- Наверное, первая все-таки, потому что когда она вышла, на тот момент она наиболее яркое впечатление на меня произвела. А если брать еще дальше, «Философия подвига» Масутацу Ояма попала мне в руки, когда я приезжал на 6 кю сдавать. Эта книга для меня оказалась определяющей: возникло желание посвятить себя подвижничеству что ли, то есть книга действительно заряжала. Вообще я считаю, что эта книга играет значительную роль в формировании бойцов, прежде всего, мужчин, но и в целом, эти навыки универсальны, всем нужны.
 
- И все-таки давайте поговорим о Ваших персональных характеристиках. Когда Вы были подростком, вы тоже были спокойным, собранным, сосредоточенным?..
- Наверное, да. Такие общие вещи были заложены в характере, но, тем не менее, бывают такие ситуации, когда снаружи я могу быть спокойным, а внутри, как раскаленные угли. И, конечно, боевые искусства очень помогают поддерживать внутреннее спокойствие. Ты чувствуешь уверенность в своих силах, ты уже не изображаешь спокойствие, ты действительно его ощущаешь и держишься уверенно. И это спокойствие передается, потому что были ситуации (тогда я еще не занимался боевыми искусствами), когда ко мне подходили, мелочь просили, и я чувствовал себя некомфортно, поскольку ничем таким, тяжелее шахмат не занимался, хотя бегал, прыгал. А когда начал заниматься карате, на тот момент я многого не знал и не умел, как сейчас, допустим, но, тем не менее, появилась уверенность и ситуации такие отпали сами собой. У меня был уверенный вид, и это была настоящая уверенность - уверенность в своих силах, понимание, что ты можешь держать удар, ты можешь терпеть, оно дает более глубокое спокойствие и приводит к гармонии с окружающим миром.  
 
- Когда человек только начинает заниматься Кёкусинкай карате, это одно его понимание, и, чем дольше ты занимаешься, тем иначе, глубже, ты его постигаешь. Сравните свое понимание Кёкусинкай в начале Вашего пути и то, какое оно у Вас сейчас.
- Конечно, разные уровни понимания. Вообще если брать Кёкусинкай и этапы его формирования, то он выделялся тем, что это было карате не для многих. Это сложный путь, который не все могут выбрать. Общее карате было не в полный контакт, а здесь изначально все было в контакт. И когда ты приходил на тренировку, ты постоянно должен был быть готовым к бою и знать, что есть кто-то сильнее тебя. На первом этапе у меня было желание примкнуть к какой-то элитной группе, это поднимало тебя, плюс чувство самоутверждения, самоуважения.
 
На следующих этапах, когда ты дальше продвигаешься, ты понимаешь, что ты сдал на черный пояс. Ты сдал. Ты долго-долго к этому поясу шел, и в момент сдачи вдруг не начинает с небес играть 6-я симфония Баха, то есть мир не меняется. Ты сдал, а вроде все так и осталось. И есть понимание, что есть некоторая условность этих вещей. И сам черный пояс ничего не дает. И во многих боевых искусствах черный пояс понимается именно как первая ступень ученичества на пути дальше. Выделю первый период – движение к черному поясу, второй период – ты сдал на 1 Дан. И когда ты сдаешь на 1 Дан – это на тебя накладывает определенные обязательства, ты уже не можешь опуститься ниже какого-то плинтуса: ты должен держать форму, ты должен уметь многое делать, ты имеешь определенный статус, и ты должен его поддерживать.
 
Когда ты двигаешься дальше уже, от 1 Дана к следующим Данам, ты больше углубляешься. Во-первых, ты понимаешь  условности. Во-вторых, это стимул движения дальше, выше, выше, выше. А на третьем этапе ты уже не зацикливаешься на этом – есть, значит, есть. На 4 Дан я уже не рвался сдавать, поспрашивал, мне сказали, пока не надо. Пока меня самого не пригласили на сдачу, я не дергался, то есть приходит понимание, что боевые искусства гораздо глубже, и это я стал для себя открывать в своих поездках в Китай и в общении с людьми, которые тоже очень много прошли в Кёкусинкай. Это мои товарищи – Алексей Горохов, Макс Дедик и многие другие. И есть уже глубокое понимание, когда мы можем говорить не о боевых искусствах, а о чем-то другом, но при этом мы понимаем друг друга с полуслова.
 
Почему каждую осень Анатолий Викторович ездит в Поднебесную, кто его правая рука и по какому принципу живет Сэнсэй, узнаете во второй части материала «Золотые пояса – Сэнсэй Анатолий Криводедов». 
 
Беседовала Анна Туркина

data-yashareType="button" data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,moikrug,gplus"

>